Между NVIDIA и Huawei

Фото AI

Казахстан рассчитывает сотрудничать одновременно с американскими и китайскими технологическими компаниями, но совместить эти направления становится сложнее.

Как 14 августа сообщило агентство Reuters, Госдепартамент США подготовил проект письма с предупреждением своим партнёрам: участие в конкурирующих объединениях в сфере искусственного интеллекта может оказаться несовместимым с американской инициативой Pax Silica.

Астана оказалась в фокусе этой проблемы: 25 июня 2026 года Казахстан первым среди государств Центральной Азии присоединился к Pax Silica. Спустя три недели, 16 июля, страна также вошла в число учредителей Всемирной организации по сотрудничеству в области искусственного интеллекта, WAICO, пишет The Astana Times, созданной в Шанхае.

У такого выбора есть понятная экономическая логика: получать инвестиции, оборудование и знания из разных источников, не становясь зависимым от одного поставщика. Однако в цифровой экономике диверсификация упирается не только в цену и качество технологий. Для Казахстана все важнее становится вопрос, на каких условиях партнеры готовы делиться ими и кому разрешат пользоваться созданной инфраструктурой.

Уголь превращается в вычисления

Масштаб казахстанских амбиций обозначился 15 июня, когда правительство этой страны объявило о договоренностях с Firebird при участии NVIDIA по развитию «Долины центров обработки данных» в Экибастузе с заявленным объемом инвестиций $10 млрд. Министр искусственного интеллекта и цифрового развития Казахстана Жаслан Мадиев заявил о будущем кластере на 100 тысяч графических процессоров, включая NVIDIA GB300 и Vera Rubin, и прогнозировал не менее $3 млрд ежегодной экспортной выручки.

Проект дата-центра в Экибастузе. Фото правительство Казахстана

Экономическая идея проекта состоит в том, чтобы превратить энергетическую базу в источник доходов от цифровых услуг. Вместо продажи первичного ресурса предполагается продавать вычисления: обучение моделей, обработку данных и выполнение задач иностранных заказчиков. Как объяснял председатель правления «Казахтелекома» Багдат Мусин в изложении «Курсива», проект должен превращать экибастузский уголь в экспортируемую вычислительную мощность.

Однако хватит ли у Казахстана электроэнергии для работы таких масштабных объектов, пока не понятно. По данным системного оператора KEGOC, в 2025 году Казахстан произвел 123,1 млрд кВт·ч при потреблении 124,6 млрд кВт·ч, то есть годовое потребление превышало внутреннюю выработку.

Второй элемент замысла состоит в развитии транзита данных между Китаем и Европой. Как сообщало отраслевое издание Profit.kz в августе, Freedom Cloud Holding совместно с ASTEL строит магистраль Актау–Хоргос протяженностью около 4,5 тысячи километров; к тому моменту было проложено более 2,2 тысячи километров.

Отдельный проект связывает Казахстан с Азербайджаном по дну Каспия: по сообщению The Astana Times, 5 августа кабель линии Актау–Сумгаит достиг казахстанского берега, завершив морской этап работ «Казахтелекома» и AzerTelecom International. Это важный рубеж, но не тождественный вводу всей линии в коммерческую эксплуатацию.

Если энергетику, дата-центры и связь удастся развивать согласованно, Казахстан сможет не просто пропускать данные через свою территорию, а зарабатывать на их обработке. Однако строительство такой системы еще не гарантирует ее загрузки: для этого понадобятся заказчики, конкурентоспособные тарифы и устойчивый доступ к оборудованию.

Pax Silica — это больше, чем клуб про ИИ

Представители Firebird и NVIDIA. Фото с сайта gov.kz

Как поясняет казахстанское министерство искусственного интеллекта и цифрового развития, американская международная инициатива Pax Silica охватывает критически важные минералы, полупроводники, дата-центры, энергетику, высокотехнологичное производство, исследования и подготовку кадров. Для Астаны участие в инициативе связано не только с поставками процессоров: министерство отдельно выделяет переработку минерального сырья и переход к продукции с более высокой добавленной стоимостью.

Логика такого сотрудничества шире отдельного дата-центра. Казахстану выгодно добиваться места в нескольких звеньях технологической цепочки, чтобы не ограничиться ролью территории, где зарубежные компании размещают энергоемкое оборудование. При таком подходе измерять результат следует не только объемом заявленных инвестиций, но и компетенциями, которые останутся внутри страны.

При этом Pax Silica нельзя воспринимать как автоматический пропуск к любым американским технологиям. Reuters описывает её как юридически необязывающую рамочную инициативу, а Бюро промышленности и безопасности США, BIS, отдельно устанавливает требования к лицензированию поставок передового вычислительного оборудования. Политическое партнерство и разрешение на конкретную экспортную операцию остаются разными уровнями отношений.

Китай уже внутри

Китайское направление для Казахстана не сводится к дипломатическим декларациям. Как сообщил фонд «Самрук-Казына» 16 июля, его группа компаний подписала с китайскими партнерами 19 документов на $4,29 млрд в сферах цифровизации, энергетики, транспорта, телекоммуникаций и промышленности. Разумеется, эту сумму нельзя целиком относить к ИИ или считать уже поступившими инвестициями, однако среди перечисленных фондом соглашений были приобретение технологических решений и оборудования Huawei, а также договоренность «Казахтелекома» с Hengtong Group о базовых принципах сотрудничества по развитию «Долины дата-центров».

Таким образом, американские и китайские партнеры участвуют в планах вокруг одной инфраструктурной площадки, хотя опубликованные соглашения сами по себе не доказывают, что их оборудование будет объединено в одном вычислительном кластере.

Huawei предлагает Казахстану и собственные решения для вычислений. Как сообщила сама компания по итогам партнерской конференции в мае, она представила линейку Atlas и решения на процессорах Ascend 950. Презентация продукта еще не свидетельствует о его массовой установке, но показывает, что конкуренция не ограничивается сетями связи и серверными помещениями.

Одновременно обсуждаются прикладные системы для государственного и городского управления. Как сообщило BAQ.KZ 17 сентября, представители профильного министерства и 11 регионов Казахстана посетили Ханчжоу, Гонконг и Шэньчжэнь, где познакомились с решениями Alibaba, H3C, Dahua Technology, Unitree Robotics и других компаний. По информации издания, по итогам поездки запланированы пилотные проекты с последующей оценкой возможности их масштабирования.

Это соответствует и объявленному министерством переходу к подходу AI-Native cities & regions, при котором искусственный интеллект предполагается включать в базовую архитектуру управления городами и регионами. Однако намерение встроить ИИ в управление, пилотный проект и работающая в национальном масштабе система являются разными стадиями.

Формула «США дают процессоры, Китай предлагает способы их применения» слишком упрощает картину. Но казахстанские планы демонстрируют пересечение интересов поставщиков, а не аккуратное разделение рынка. Для Астаны это одновременно возможность выбирать и необходимость следить за совместимостью оборудования, программного обеспечения и условиями его использования.

Два клуба за три недели

Касым-Жомарт Токаев и Си Цзиньпин. Фото с сайта asia-today

Участием в учреждении WAICO Казахстан не ограничился. Как сообщила Акорда, выступая на Всемирной конференции по искусственному интеллекту, Касым-Жомарт Токаев предложил провести в Астане первое заседание новой организации, разместить в стране ее региональное представительство по Центральной Азии и запустить инициативу «Казахстанско-китайский цифровой мост».

При этом WAICO и Pax Silica не являются институциональными близнецами. The Astana Times характеризует WAICO как межправительственную организацию, ориентированную на международное сотрудничество, безопасное и этичное развитие ИИ, общие подходы к управлению им и сокращение цифрового разрыва, тогда как американская инициатива, по описанию Reuters, делает акцент на надежных технологических цепочках. Само по себе участие в обеих структурах не доказывает нарушения экспортных правил.

Но политические ожидания могут оказаться жестче формальных обязательств. Согласно публикации Reuters, проект письма Госдепартамента предназначался 35 участникам июньского AI Opportunity Statement, среди которых были как члены Pax Silica, так и другие страны;

Казахстан агентство назвало единственной известной на тот момент страной, присоединившейся и к американской, и к китайской инициативе.

«Быть частью всего означает не быть частью ничего», цитировало Reuters подготовленный документ, авторы которого предлагали партнерам сознательно выбирать направление сотрудничества. В том же тексте, как отмечало агентство, подписание декларации Pax Silica называлось обязательством, несовместимым с участием в дублирующих инициативах с противоречащими ожиданиями, хотя Китай прямо не упоминался.

Важно, однако, не превращать утечку в состоявшийся ультиматум. Reuters не смогло установить, когда Вашингтон намеревался отправить письмо и изменится ли оно перед отправкой; Госдепартамент отказался комментировать предполагаемую утечку, а посольство Казахстана не ответило на запрос. Китайское посольство, отвечая агентству, выступило против политизации торговли и технологий.

Таким образом, публикация свидетельствует о подготовке политического давления, но не подтверждает, что Астане уже предъявили официальное требование выйти из одной из организаций. Для Казахстана это предупреждение о возможном конфликте партнерств, а не доказательство того, что пространство для маневра уже исчезло.

Чужой чип — чужие правила

С экспортным контролем ситуация конкретнее, но и здесь важны юридические различия. В разъяснении от 31 мая 2026 года BIS подтвердило, что поставки определенного передового вычислительного оборудования компаниям со штаб-квартирами в странах группы D:5 или Макао, а также структурам с конечной материнской компанией в этих юрисдикциях требуют лицензии даже при нахождении получателя в другой стране.

Речь идет в том числе о зарубежных структурах китайских компаний, поясняет юридическая фирма Holland & Knight. При этом BIS отдельно указывает, что соответствующее требование первоначально появилось в ноябре 2023 года: майское разъяснение 2026-го не следует представлять как совершенно новый всеобщий запрет.

Серверы для ИИ. Фото с сайта itelon.ru

Поставка оборудования и удаленный доступ к вычислениям также не тождественны. Как указано на сайте Конгресса США, Палата представителей одобрила законопроект Remote Access Security Act 12 января 2026 года, после чего документ поступил в Сенат, но законом пока не стал. Как объясняет Latham & Watkins, проект должен расширить полномочия по контролю удаленного доступа, в том числе к облачным вычислительным ресурсам, а конкретные ограничения потребуют последующего регулирования.

Это не означает, что облачные услуги сегодня свободны от любых ограничений. Однако нельзя из требования лицензировать поставку процессоров зарубежной «дочке» китайской компании автоматически выводить универсальный запрет на аренду вычислений любым китайским клиентом. Для каждого случая придется отдельно оценивать оборудование, участников операции, назначение вычислений и применимые условия разрешений.

В казахстанском проекте вопрос лицензирования уже возник: 8 августа Firebird заявила о получении экспортного разрешения BIS наряду с необходимыми согласованиями властей Казахстана. При этом в опубликованном сообщении Firebird не раскрываются полный перечень разрешенного оборудования, круг допустимых клиентов и специальные условия лицензии.

Поэтому публичных данных недостаточно, чтобы утверждать, будто рядом с будущим кластером нельзя размещать любое оборудование Huawei или что все китайские заказчики заведомо исключены. Но и считать разрешение бессрочной гарантией неограниченного доступа было бы ошибкой. Для оператора существенны не только характеристики процессоров, но и правила, по которым их можно получить, обслуживать и использовать.

Многовекторность становится дорогой

В цифровой инфраструктуре внешнеполитический выбор способен превращаться в инженерную и коммерческую задачу. Дата-центр одновременно потребляет электричество, подключается к сетям связи, хранит информацию и предоставляет клиентам вычислительные ресурсы. Решение о поставщике затрагивает сразу несколько частей этой системы.

Диверсификация помогает избежать зависимости от одной компании, но не устраняет зависимость как таковую. Параллельное использование разных платформ может потребовать дополнительных специалистов, адаптации программ и раздельного управления инфраструктурой. Если к техническим различиям добавятся несовместимые требования к доступу и отчетности, пространство для свободного комбинирования решений сократится еще сильнее.

Отсюда возникает двойная задача. Казахстану нужно соблюдать условия внешних поставщиков, но одновременно выстраивать собственные требования к безопасности, защите данных и устойчивости критической инфраструктуры.

Иначе попытка уменьшить зависимость от одного технологического центра обернется зависимостью сразу от нескольких, без достаточных возможностей контролировать систему самостоятельно.

Не менее важен вопрос о том, какую часть создаваемой стоимости получит сама страна. Экспорт вычислительных услуг может приносить выручку, но для технологического развития этого недостаточно. Имеет значение, появятся ли местные инженерные команды и разработчики, получат ли доступ к ресурсам университеты и бизнес, будут ли внутри страны создаваться продукты, а не только размещаться чужие серверы.

В этом смысле объявленная сумма инвестиций еще не отвечает на главный вопрос. Успехом станет не просто строительство крупного потребителя электроэнергии, а появление отрасли, способной удерживать заказчиков, развивать собственные компетенции и переживать изменение правил у внешних партнеров.

Страна между двумя розетками

Из опубликованного расследования Reuters не следует, что Казахстан уже поставлен перед официальным выбором между NVIDIA и Huawei. Нельзя автоматически приравнивать участие в международной организации к выбору конкретной марки оборудования, а политическое предупреждение к запрету на отдельную сделку.

Но нейтральное местоположение дата-центра само по себе не делает нейтральными технологии внутри него. Принадлежность оборудования, контроль над программным обеспечением, условия лицензий и доступ к клиентам могут оказаться не менее важными, чем территория, на которой стоят серверы.

Поэтому Казахстану предстоит доказать не только способность привлекать одновременно американских и китайских партнеров. Более сложная задача состоит в том, чтобы превратить их интерес в устойчивую отрасль, правила и возможности которой определяются не исключительно за пределами страны.